Берлинский кризис 1948 1949 причины и итоги. Политология: Берлинский кризис, Курсовая работа. Тем не менее, в действиях советского руководства имелась своя логика. Жесткая неконструктивная позиция советской делегации в Париже объяснялась главным образом с

Глава I. Берлинский кризис 1948 — 1949 гг.

Уже в начале 1947 г. стало очевидно, что политический диалог союзников о путях развития Германии окончательно зашел в тупик. В ходе Московской сессии СМИД, проходившей в марте—апреле 1947 г., советская делегация возобновила требования по организа-ции поставок текущей продукции в счет репараций. Ее оппоненты настаивали на прекращении репарационных изъятий и предостав-лении немцам возможности восстановить экономическую систему.

Дискуссия не привела к какому-либо конкретному результату. Со-рвалась и попытка проведения совещания представителей всех гер-манских земель, посвященного выработке единой стратегии восста-новительных мероприятий. Следующая Лондонская сессия СМИД, состоявшаяся в ноябре—декабре 1947 г., завершилась также безрезуль-татно, даже без согласования места и времени следующей встречи.

Помимо жесткой позиции СССР в выплате репараций, обостре-ние германского вопроса было связано с изменением внешнеполи-тического курса США. Принятие «доктрины Трумэна» и начало от-крытой конфронтации двух «сверхдержав» в первую очередь отра-зилось на судьбах европейских стран. США начали рассматривать Европу в контексте блоковой стратегии. Одним из первых шагов на этом пути стала разработка программы «восстановления и раз-вития Европы» (план Маршалла). Принятый в июне 1947 г. и рас-смотренный на Парижской конференции в июле 1947 г., этот план был утвержден в качестве закона США в апреле 1948 г. Первона-чально ни Германия в целом, ни ее западные зоны не рассматрива-лись в качестве участника программы экономической помощи. Ситуация изменилась в 1948 г.В январе 1948 г. на совещании министров Бизоний было принято решение о проведении комплекса мер по подготовке экономичес-кой реформы в этих землях. Создавались верховный суд и цент-ральный банк, расширялись функции Экономического совета и цент-ральных управлений; объединенных в директорат. Был, достигнут компромисс, с французским правительством. После передачи под французское управление Саарской области в залог репарационных выплат Франция согласилась на присоединение своей оккупаци-онной зоны к англо-американской. В феврале 1948 г. была образо-вана Тризония. Саар же находился под контролем Франции до воз-вращения в состав ФРГ в 1957 г. по итогам референдума 1955 г. В феврале—июне 1948 г. состоялось два раунда Лондонской кон-ференции по германскому вопросу, на которой впервые не было со-ветской делегации, но зато участвовали представители Бельгии, Гол-ландии и Люксембурга. Конференция приняла решение о созыве Учредительного собрания для выработки конституции нового германского государства. В тот же период американская админист-рация приняла решение о распространении плана Маршалла на за-падные оккупационные зоны Германии. В соглашении по этому поводу оговаривалось, что возрождение экономики Западной Гер-мания является частью плана европейского развития на принци-пах индивидуальной свободы, свободных учреждений, построении «здоровых экономических условий, прочных международных свя-зей, обеспечения финансовой стабильности. Обеспечивались условия контроля американских специальных органов над ходом эко-номической реформы, снятие таможенных ограничений немецко-го рынка, продолжение политики демонополизации. За первый год реализации плана Маршалла Западная Германия получила от США 2,422 млрд. долл. (почти столько же, сколько Великобритания и Франция вместе взятые, и почти в три с половиной раза больше, чем Италия). Но поскольку часть германской продукции сразу на-чала поступать в США в счет погашения долга, то в итоге на долю Германии пришлась не самая крупная часть американской помо-щи — в общей сложности около 10 % (6,7 млрд. марок).

Ключевой проблемой для развертывания экономической реформы в Гер-мании являлось создание «твердых денег», ликвидация гибельных послед-ствий гиперинфляции. История новейшего времени стран Европы и Америки 1918-1945 под редак-й Е.Ф. Языкова 2005.- С.65. В Экономическом совете еще с 1947 г. продолжалась активная дискуссия сторонников создания централизованного планового хо-зяйства и монетаристов. Группа экспертов под руководством Людвига Эрхард подготовила проект финансовой реформы, призванной избавиться от ог-ромной массы обесцененных денег. Сам Эрхард полагал, что проведение такой реформы следует сочетать с мерами по активному стимулированию про-изводства и защите наиболее уязвимых групп потребителей, рядом дополни-тельных мер по стабилизации потребительского рынка и активизации потре-бительской и производственной мотивации. Первоначальные предложения американской администрации по проведению реформы во всех четырех зо-нах оккупации к 1948 г. оказались нереалистичны, и предполагаемые мероп-риятия готовились лишь в пределах Тризонии.

Денежная реформа в западных зонах началась 20 июня 1948 г. Официаль-ное соотношение обмена было установлено в пропорции 10 рейхсмарокза одну,
новую немецкую марку (кроме того, каждый человек мог обменять 40 марок
по курсу 1:1). Получить на руки можно было вначале лишь 5 % обмениваемой
суммы. После проверки законности доходов налоговыми властями выдава-лось еще 20 %, затем — 10 %. Остальные 65 % ликвидировались. Окончатель-ная квота обмена составила 100 рейх-с марок за 6,5 немецких марок. Пенсии,
заработная плата, пособия пересчитывались в соотношении 1:1. Все старые
государственные обязательства аннулировались. Таким образом, огромная
денежная масса ликвидировалась. Появление «твердых денег» уничтожило
«черный рынок» и подорвало систему бартерных сделок.

Через два дня после начала реформы был введен в действие пакет законо-дательных актов, отменявших централизованное планирование и освобождавших ценообразование. Но одновременно был сохранен ограничительный кон-троль над ценами на транспортные и почтовые услуги, основные продукты питания, жилье. Регулярно публиковались каталоги так называемых «умест-ных цен», учитывающих реальные издержки производства и «разумную при-быль». Была принята специальная программа «Каждому человеку» для обес-печения населения по сниженным ценам узкой номенклатурой самых необходимых товаров. Эрхард продолжал настаивать и на сохранении политики по пресечению крайних форм монополизма, развитии системы «государствен-ного предпринимательства» (прямого участия государства в производстве то-варов и услуг общественного значения, в развитии транспортной, энергетической, информационной инфраструктуры).

Подобный экономический меха-низм рассматривался Эрхардом как «социальное рыночной хозяйство», отве-чающее в равной степени интересам общества и личности. История стран Европы и Америки в новейшее время в вопросах и ответах. М.В. Пономарев. М.2007.-С.212.

Успешная экономическая реформа 1948 г. сопровождалась обострением политической ситуации в Германии. Несмотря на наличие сведений о подго-товке обмена денежных купюр в западных зонах (западные губернаторы офи-циально известили советскую сторону о предстоящей реформе только за два дня до ее проведения, но оперативные данные позволяли проследить весь ход подготовки) СВАГ не предприняла каких-либо мер, предупреждающих появ-ление в Восточной Германии массы обесцененных старых марок, способной подорвать потребительский рынок. Правда, закрытая еще с 30 июня 1946 г. межзональная граница создавала определенную преграду, но исключением ос-тавался Берлин, разделенный на четыре сектора. 24 июня советские войска блокировали Западный Берлин, прервав все сообщение с западными зонами. Эта акция носила в большей степени политический характер. Именно 24 июня в советской зоне была осуществлена собственная реформа, в ходе которой на старые марки были наклеены особые купоны. Экономическая опасность при-тока денежной массы с Запада была, таким образом, в значительной степени снята. Блокада же Западного Берлина являлась средством давления на запад-ные державы с целью вынудить их к уступкам на переговорах. Итог акции оказался обратным.

Для спасения населения Западного Берлина США организовали «воздуш-ный мост. В течение последующих 324 дней с интервалом в несколько минут транспортные самолеты приземлялись на посадочную полосу аэродрома Темпельхоф. Ежедневно в город доставлялось 13 тыс. тонн продовольствия, что в три раза превышало уровень поставок в прежние месяцы. В качестве ответ-ной меры западные державы ввели эмбарго на поставки товаров в советскую зону. После сложных переговоров 30 августа 1948 г. была достигнута четы-рехсторонняя договоренность об изъятии западной марки из Берлина. Но ре-ализация ее затянулась по техническим причинам, а по мере оформления за-падногерманской государственности оказалась невозможной.

В разгар берлинского кризиса с 15 по 22 июля 1948 г. в Рюдесхайме состоялось совещание министров-президентов западных зе-мель, в ходе которого берлинский обер-бургомистр Эрнст Рейтер призвал к скорейшему созданию западногерманского государства-«ядра» с включением в него Западного Берлина. Участники сове-щания подтвердили решение о созыве Учредительного собрания к 1 сентября 1948 г. Но затем термины «Учредительное собрание» и «конституция» были сняты во избежание дискуссий о сепаратиз-ме. Из представителей земельных ландтагов был сформирован Пар-ламентский совет, получивший полномочия по разработке Основ-ного закона западногерманского государства как временной кон-ституции, призванной действовать до окончательного решения вопроса о воссоединении Германии.

В апреле 1949 г. Парламентскому совету был передан разрабо-танный тремя державами «Оккупационный статут», закрепляющий контроль США, Великобритании и Франции над внешней полити-кой Западной Германии, ее внешней торговлей и зарубежными ак-тивами, системой безопасности, а также конституционный конт-роль. 8 мая 1949 г. Парламентский совет принял Основной закон Федеративной Республики Германии, одобренный военными губер-наторами 12 мая (по совпадению в тот же день вступило в силу меж-союзническое соглашение о прекращении «блокады» Берлина и западной «контрблокады»). Торжественный акт обнародования Основного закона 23 мая стал днем образования ФРГ. Преобразо-вание института военных губернаторов в институт Верховных ко-миссаров западных держав в Германии 20 июня закрепило предос-тавление Западной Германии ограниченного суверенитета.

Одновременно происходило и становление восточногерманско-го государства. Еще в 1947 г. в советской зоне начал функциониро-вать Немецкий народный конгресс (ННК). В ходе его первого заседания в декабре 1947 г. была поставлена задача по развертыва-нию широкого народного движения за единую Германию. Второй ННК в марте 1948 г. выдвинул инициативу проведения референ-дума во всех немецких землях по поводу принятия закона о един-стве Германии. Но одновременно был образован Немецкий народный совет, получивший полномочия по подготовке проекта конститу-ции восточногерманского государства. Такой проект был подготов-лен представителями СЕПГ и принят на заседании Немецкого народного совета 19 марта 1949 г. Третий ННК, состоявшийся 29— 30 мая 1949 г., утвердил конституцию Германской Демократиче-ской Республики и провозгласил ведущей политической силой межпартийный Национальный фронт демократической Германии. 7 октября 1949 г., когда была образована временная Народная па-лата, стал официальным днем образования ГДР. Раскол Германии завершился. Последняя Парижская сессия СМИД, работавшая в мае—июне 1949 г., не предотвратила этот процесс. Германский воп-рос превратился в одну из наиболее сложных международных про-блем послевоенной истории.

Анархизм в России

В феврале 1921 года умер П. Кропоткин, в связи с чем анархисты создали Комитет анархических организаций по устройству похорон. После смерти Кропоткина движение анархистов раскололось на несколько течений…

Берлинский кризис

Сразу после смерти И. Сталина в марте 1953 г. социально-экономические неурядицы дали себя знать почти во всех странах народной демократии. Однако с особой силой они заявили о себе в ГДР. Здесь политический режим во главе с В…

Берлинский кризис

Повышение статуса ГДР в отношениях с СССР сопровождалось усилением позиций Ульбрихта в восточногерманском руководстве. Используя опасения Хрущева по поводу возможности возникновения нового кризиса в «социалистическом лагере»…

Внешняя политика СССР в конце 50-х годов. Улучшение отношений СССР – США

Важным, хотя и совершенно неожиданным для советского руководства внешнеполитическим успехом СССР стала победа революции на Кубе в 1959г. После взятия власти новые кубинские руководители во главе с Ф. Кастро выступали первоначально, скорее…

Вторжение войск Соединенных Штатов и Великобритании в Ирак и последовавшая за этой акцией оккупация иракской территории обернулось не только крушением авторитарного режима Саддама Хусейна…

Иракский кризис и реакция на него мировой общественности

Принципиальная позиция противодействия агрессии, занятая Россией как членом Совета Безопасности ООН, несшим ответственность за поддержание международного мира, была единственно возможной и, в этом смысле, безвариантной…

Консервативная партия

История консервативная партии Великобритании, насчитывает более 130 лет, переживает глубочайший кризис, какого не было за последние два десятилетия.
Несмотря на достижения правительства Мэйджора…

Новая Великая депрессия ХХI века в высказываниях современников

Наступивший тогда азиатский кризис многим показался началом мирового краха. Страницы влиятельнейших мировых газет были полны паническими прогнозами и радикальными рекомендациями…

Отношения России с Китаем, Японией и Кореей

В 1917-1922 гг., в период установления советской власти в Средней Азии, граница с Китаем постоянно нарушалась. Остатки белогвардейских и казачьих отрядов переходили границу и дислоцировались на территории Монголии и Синьцзяна…

Политика глобального прогнозирования

Главным препятствием развитию современной теории общего (глобального) прогнозирования, как и социального прогнозирования вообще, является господствующая научная установка европейского модерна — установка на овладение миром…

Политики и публицисты о причинах развала СССР

Диспропорции экстенсивной экономики (характерные для всего времени существования СССР), следствием которых становилась постоянная нехватка товаров народного потребления…

Политические мыслители России

Выдающийся русский мыслитель, публицист, философ, историк, критик коммунизма. Испытал влияние таких разных мыслителей, как И.Кант, К.Маркс, Ф.Ницше, В.Соловьев, Л.Н.Толстой, Ф.М.Достоевский…

Сущность политического кризиса

За постсоветский период в стране сформировалось новое «молодежное» поколение, которое по своему менталитету существенно отличается от советского человека…

Трансформация политической системы в Республике Корея

Согласно Конституции 1948 года, территории республики составляет корейский полуостров и прилегающие к нему острова, тем самым претендуя на представительство всего корейского народа. Конституции государств Азии: сборник: отв. Ред Т.Я. Хабриева…

Этнополитические конфликты на Северном Кавказе

Чеченская проблема-проблема нашей страны, она не сходила с первых страниц газет, журналов практически на протяжении трех лет. Была темой для многих программ на ТВ. Для большинства людей она так и осталась «непонятной войной»…

Уже в начале 1947 г. стало очевидно, что политический диалог союзников о путях развития Германии окончательно зашел в тупик. В ходе Московской сессии СМИД, проходившей в марте-апреле 1947 г., советская делегация возобновила требования по организации поставок текущей продукции в счет репараций. Ее оппоненты настаивали на прекращении репарационных изъятий и предоставлении немцам возможности восстановить экономическую систему.

Дискуссия не привела к какому-либо конкретному результату. Сорвалась и попытка проведения совещания представителей всех германских земель, посвященного выработке единой стратегии восстановительных мероприятий. Следующая Лондонская сессия СМИД, состоявшаяся в ноябре-декабре 1947 г., завершилась также безрезультатно, даже без согласования места и времени следующей встречи.

Читать так же:  Чего боятся осы. Как отпугнуть ос? Какой запах отпугивает ос? Как избавиться от ос на даче Чем отпугнуть ос от дома

Помимо жесткой позиции СССР в выплате репараций, обострение германского вопроса было связано с изменением внешнеполитического курса США. Принятие «доктрины Трумэна» и начало открытой конфронтации двух «сверхдержав» в первую очередь отразилось на судьбах европейских стран. США начали рассматривать Европу в контексте блоковой стратегии. Одним из первых шагов на этом пути стала разработка программы «восстановления и развития Европы» (план Маршалла). Принятый в июне 1947 г. и рассмотренный на Парижской конференции в июле 1947 г., этот план был утвержден в качестве закона США в апреле 1948 г. Первоначально ни Германия в целом, ни ее западные зоны не рассматривались в качестве участника программы экономической помощи. Ситуация изменилась в 1948 г.В январе 1948 г. на совещании министров Бизоний было принято решение о проведении комплекса мер по подготовке экономической реформы в этих землях. Создавались верховный суд и центральный банк, расширялись функции Экономического совета и центральных управлений; объединенных в директорат. Был, достигнут компромисс, с французским правительством. После передачи под французское управление Саарской области в залог репарационных выплат Франция согласилась на присоединение своей оккупационной зоны к англо-американской. В феврале 1948 г. была образована Тризония. Саар же находился под контролем Франции до возвращения в состав ФРГ в 1957 г. по итогам референдума 1955 г. В феврале-июне 1948 г. состоялось два раунда Лондонской конференции по германскому вопросу, на которой впервые не было советской делегации, но зато участвовали представители Бельгии, Голландии и Люксембурга. Конференция приняла решение о созыве Учредительного собрания для выработки конституции нового германского государства. В тот же период американская администрация приняла решение о распространении плана Маршалла на западные оккупационные зоны Германии. В соглашении по этому поводу оговаривалось, что возрождение экономики Западной Германия является частью плана европейского развития на принципах индивидуальной свободы, свободных учреждений, построении «здоровых экономических условий, прочных международных связей, обеспечения финансовой стабильности. Обеспечивались условия контроля американских специальных органов над ходом экономической реформы, снятие таможенных ограничений немецкого рынка, продолжение политики демонополизации. За первый год реализации плана Маршалла Западная Германия получила от США 2,422 млрд. долл. (почти столько же, сколько Великобритания и Франция вместе взятые, и почти в три с половиной раза больше, чем Италия). Но поскольку часть германской продукции сразу начала поступать в США в счет погашения долга, то в итоге на долю Германии пришлась не самая крупная часть американской помощи — в общей сложности около 10 % (6,7 млрд. марок).

Ключевой проблемой для развертывания экономической реформы в Германии являлось создание «твердых денег», ликвидация гибельных последствий гиперинфляции. В Экономическом совете еще с 1947 г. продолжалась активная дискуссия сторонников создания централизованного планового хозяйства и монетаристов. Группа экспертов под руководством Людвига Эрхард подготовила проект финансовой реформы, призванной избавиться от огромной массы обесцененных денег. Сам Эрхард полагал, что проведение такой реформы следует сочетать с мерами по активному стимулированию производства и защите наиболее уязвимых групп потребителей, рядом дополнительных мер по стабилизации потребительского рынка и активизации потребительской и производственной мотивации. Первоначальные предложения американской администрации по проведению реформы во всех четырех зонах оккупации к 1948 г. оказались нереалистичны, и предполагаемые мероприятия готовились лишь в пределах Тризонии.

Денежная реформа в западных зонах началась 20 июня 1948 г. Официальное соотношение обмена было установлено в пропорции 10 рейхсмарокза одну,новую немецкую марку (кроме того, каждый человек мог обменять 40 марокпо курсу 1:1). Получить на руки можно было вначале лишь 5 % обмениваемой

суммы. После проверки законности доходов налоговыми властями выдавалось еще 20 %, затем — 10 %. Остальные 65 % ликвидировались. Окончательная квота обмена составила 100 рейх-с марок за 6,5 немецких марок. Пенсии,заработная плата, пособия пересчитывались в соотношении 1:1. Все старые

государственные обязательства аннулировались. Таким образом, огромная денежная масса ликвидировалась. Появление «твердых денег» уничтожило «черный рынок» и подорвало систему бартерных сделок.

Через два дня после начала реформы был введен в действие пакет законодательных актов, отменявших централизованное планирование и освобождавших ценообразование. Но одновременно был сохранен ограничительный контроль над ценами на транспортные и почтовые услуги, основные продукты питания, жилье. Регулярно публиковались каталоги так называемых «уместных цен», учитывающих реальные издержки производства и «разумную прибыль». Была принята специальная программа «Каждому человеку» для обеспечения населения по сниженным ценам узкой номенклатурой самых необходимых товаров. Эрхард продолжал настаивать и на сохранении политики по пресечению крайних форм монополизма, развитии системы «государственного предпринимательства» (прямого участия государства в производстве товаров и услуг общественного значения, в развитии транспортной, энергетической, информационной инфраструктуры).

Подобный экономический механизм рассматривался Эрхардом как «социальное рыночной хозяйство», отвечающее в равной степени интересам общества и личности.

Успешная экономическая реформа 1948 г. сопровождалась обострением политической ситуации в Германии. Несмотря на наличие сведений о подготовке обмена денежных купюр в западных зонах (западные губернаторы официально известили советскую сторону о предстоящей реформе только за два дня до ее проведения, но оперативные данные позволяли проследить весь ход подготовки) СВАГ не предприняла каких-либо мер, предупреждающих появление в Восточной Германии массы обесцененных старых марок, способной подорвать потребительский рынок. Правда, закрытая еще с 30 июня 1946 г. межзональная граница создавала определенную преграду, но исключением оставался Берлин, разделенный на четыре сектора. 24 июня советские войска блокировали Западный Берлин, прервав все сообщение с западными зонами. Эта акция носила в большей степени политический характер. Именно 24 июня в советской зоне была осуществлена собственная реформа, в ходе которой на старые марки были наклеены особые купоны. Экономическая опасность притока денежной массы с Запада была, таким образом, в значительной степени снята. Блокада же Западного Берлина являлась средством давления на западные державы с целью вынудить их к уступкам на переговорах. Итог акции оказался обратным.

Для спасения населения Западного Берлина США организовали «воздушный мост. В течение последующих 324 дней с интервалом в несколько минут транспортные самолеты приземлялись на посадочную полосу аэродрома Темпельхоф. Ежедневно в город доставлялось 13 тыс. тонн продовольствия, что в три раза превышало уровень поставок в прежние месяцы. В качестве ответной меры западные державы ввели эмбарго на поставки товаров в советскую зону. После сложных переговоров 30 августа 1948 г. была достигнута четырехсторонняя договоренность об изъятии западной марки из Берлина. Но реализация ее затянулась по техническим причинам, а по мере оформления западногерманской государственности оказалась невозможной.

В разгар берлинского кризиса с 15 по 22 июля 1948 г. в Рюдесхайме состоялось совещание министров-президентов западных земель, в ходе которого берлинский обер-бургомистр Эрнст Рейтер призвал к скорейшему созданию западногерманского государства-«ядра» с включением в него Западного Берлина. Участники совещания подтвердили решение о созыве Учредительного собрания к 1 сентября 1948 г. Но затем термины «Учредительное собрание» и «конституция» были сняты во избежание дискуссий о сепаратизме. Из представителей земельных ландтагов был сформирован Парламентский совет, получивший полномочия по разработке Основного закона западногерманского государства как временной конституции, призванной действовать до окончательного решения вопроса о воссоединении Германии.

В апреле 1949 г. Парламентскому совету был передан разработанный тремя державами «Оккупационный статут», закрепляющий контроль США, Великобритании и Франции над внешней политикой Западной Германии, ее внешней торговлей и зарубежными активами, системой безопасности, а также конституционный контроль. 8 мая 1949 г. Парламентский совет принял Основной закон Федеративной Республики Германии, одобренный военными губернаторами 12 мая (по совпадению в тот же день вступило в силу межсоюзническое соглашение о прекращении «блокады» Берлина и западной «контрблокады»). Торжественный акт обнародования Основного закона 23 мая стал днем образования ФРГ. Преобразование института военных губернаторов в институт Верховных комиссаров западных держав в Германии 20 июня закрепило предоставление Западной Германии ограниченного суверенитета.

Одновременно происходило и становление восточногерманского государства. Еще в 1947 г. в советской зоне начал функционировать Немецкий народный конгресс (ННК). В ходе его первого заседания в декабре 1947 г. была поставлена задача по развертыванию широкого народного движения за единую Германию. Второй ННК в марте 1948 г. выдвинул инициативу проведения референдума во всех немецких землях по поводу принятия закона о единстве Германии. Но одновременно был образован Немецкий народный совет, получивший полномочия по подготовке проекта конституции восточногерманского государства. Такой проект был подготовлен представителями СЕПГ и принят на заседании Немецкого народного совета 19 марта 1949 г. Третий ННК, состоявшийся 29- 30 мая 1949 г., утвердил конституцию Германской Демократической Республики и провозгласил ведущей политической силой межпартийный Национальный фронт демократической Германии. 7 октября 1949 г., когда была образована временная Народная палата, стал официальным днем образования ГДР. Раскол Германии завершился. Последняя Парижская сессия СМИД, работавшая в мае-июне 1949 г., не предотвратила этот процесс. Германский вопрос превратился в одну из наиболее сложных международных проблем послевоенной истории.

Предыстория

Характерной чертой кризисных ситуаций в Восточной Германии (позднее – ГДР) являлось то, что они зарождались и в основном проходили в Берлине – центре Европы, где как бы сходились интересы западных держав и СССР.

Победный май 1945 г. отходил в прошлое, а вместе с ним – относительное взаимопонимание и терпимость вчерашних союзников. Хотя и те майские дни, ознаменовавшие собой окончание самой кровопролитной в истории человечества войны, думать о худшем не хотелось никому.

В соответствии с Декларацией о поражении Германии, подписанной в Берлине 5 июня 1945 г., верховную власть в стране временно взяли на себя правительства СССР, США, Великобритании и Франции. Германия была разделена на четыре оккупационные зоны. В каждой из них верховная власть принадлежала главнокомандующему соответствующими оккупационными войсками. Вопросы, затрагивавшие Германию в целом, был призван разрешать Контрольный Совет (КС) в составе четырех главнокомандующих.

Для управления в своей зоне оккупации советское правительство в июне 1945 г. создало специальный орган – Советскую военную администрацию в Германии (СВАГ).

Трения между бывшими союзниками по антигитлеровской коалиции стали нарастать не по дням, а по часам. Первые серьезные противоречия между ними были вызваны поддержкой англичанами и американцами правительства преемника Гитлера гросс-адмирала Деница. В Кремле это восприняли как явное намерение Запада дистанцироваться от Москвы в послевоенном устройстве Германии. Особую активность при этом развили англичане. Однако авантюра со ставкой на правительство Деница закончилась провалом. 23 мая 1945 г. практически все члены этого правительства были арестованы самими же союзниками и после тщательного обыска доставлены в тюрьму Бад-Монца.

Но восстановить отношения доверительности между бывшими союзниками это уже не могло. Демаркационные линии глубоко пролегли уже не только между географическими зонами оккупации, но и в сознании вчерашних товарищей по оружию.

Несмотря на свое поражение, Германия продолжала оставаться чрезвычайно важной величиной в геополитической расстановке сил. Каждая из держав-победительниц, стремясь изменить баланс сил в Европе и мире в свою пользу, делала ставку на побежденную страну и, как следствие, стремилась обеспечить себе в соответствующей зоне оккупации максимальную политическую поддержку. Взаимная подозрительность в отношениях сторон настоятельно требовала достижения соглашения о судьбе Германии.

 

Советский Союз в своей зоне оккупации содействовал проведению аграрной реформы и конфискации промышленных предприятий, принадлежавших нацистам. Американцы и британцы, напротив, искали поддержку у представителей немецкой экономической элиты. Проведению единой оккупационной политики с самого начала препятствовали различия в оценках природы нацизма. При этом в своих отношениях с немцами Советский Союз оказался в крайне невыгодном положении. В результате тяжелейшей, бескомпромиссной войны у обоих народов накопилась взаимная ненависть, а только что закончившиеся в Берлине бои носили исключительно жестокий характер. Все это не могло не отражаться на состоянии отношений между оккупационными властями и местным немецким населением, равно как и на отношениях между бывшими союзниками.

О накаленности послевоенной политической атмосферы в Контрольном Совете в определенной степени свидетельствуют меморандумы, превратившиеся в своего рода ультиматумы, которыми то и дело обменивались оппоненты. Не удивительно, что в подобной обстановке не могло быть и речи о какой-либо плодотворной совместной работе оккупационных властей в Германии.

Если в 1945–1946 гг. Контрольный Совет еще смог принять ряд решений, направленных на осуществление решений Потсдамской конференции о демилитаризации Германии, то в последующем его деятельность оказалась практически парализованной. Запад все более настраивался на конфронтацию с Советским Союзом.

Наиболее последовательным выразителем этого курса стал в последние месяцы войны У. Черчилль. Уже до этого активно выступавший в качестве инициатора «жесткой» политики в отношении Советского Союза, он 24 апреля 1945 г. заявил: «В дальнейшем отношения с СССР возможно строить только при признании русским народом англо-американской силы». В соответствии с этим он призывал Запад руководствоваться следующим: «Во-первых, тем, что Советская Россия стала смертельной опасностью для свободного мира. Во-вторых, тем, что против ее дальнейшего продвижения должен быть немедленно создан новый фронт. В-третьих, тем, что этот фронт в Европе должен пролегать как можно дальше на Востоке».

 

Аналогичные взгляды в целом разделяло и американское руководство. Так, заместитель государственного секретаря США Дж. Грю в меморандуме, составленном им весной 1945 г., заявил, что война с Советским Союзом «неизбежна», что она может разразиться в ближайшие годы. Он призывал американское правительство к укреплению своих позиций по отношению к СССР, чтобы держать его под угрозой. В США появился тезис о необходимости «сдерживания» коммунизма, одним из авторов которого стал высокопоставленный деятель госдепартамента, бывший посол Соединенных Штатов в Москве Дж. Кеннан. С приходом к власти Г. Трумэна антисоветский курс стал во внешней политике США официальным.

Читать так же:  Афанасий фет нет я не изменил. Анализ стихотворения Фета «Нет, я не изменил. До старости глубокой…»

Западные союзники, сталкиваясь с твердостью советской позиции на переговорах, воспринимали это как вызов в свой адрес. В Великобритании и США стал изучаться вопрос о возможности немедленной превентивной войны против Советского Союза, чтобы сломить его упорство. Так, начальник имперского генерального штаба Великобритании фельдмаршал Аланбрук писал много лет спустя, что уже через две недели после окончания военных действий в Европе руководители штабов отдельных родов войск страны получили приказ подготовить меморандум о военных мероприятиях, «направленных против России».

В подобных условиях великие державы-победительницы рассматривали оккупацию Германии почти исключительно как средство реализации собственных интересов в послевоенной Европе. В западных зонах оккупации все было нацелено на быстрое возрождение политических и экономических структур Германии с тем, чтобы «оттеснить» СССР если не из Восточной, то хотя бы из Центральной Европы. Противостояние между бывшими союзниками стало стремительно нарастать.

В ноябре 1945 г. советская сторона представила Контрольному Совету меморандум, в котором указывалось, что в одной только английской зоне оккупации содержалась целая немецкая армейская группа под командованием Мюллера численностью свыше 200 тыс. человек и были заново организованы два военных округа с соответствующими управлениями, штабами, службами, комендатурами, а в Шлезвиг-Гольштинии расквартировано около 1 млн немецких солдат и офицеров. При обсуждении этого вопроса 30 ноября 1945 г. командующий английскими войсками фельдмаршал Монтгомери обещал разобраться с выдвинутыми претензиями.

В декабре 1945 г. Контрольный Совет принял решение о роспуске такого рода военных формирований, но фактически они были сохранены в урезанном виде как «рабочие батальоны», «вспомогательные части» и пр. Эти формирования в дальнейшем составили основу бундесвера.

Крайне острой в отношениях между бывшими союзниками стала проблема Рурской области. Советский Союз добивался того, чтобы значительная часть выплавленной в этой области стали была представлена ему в качестве репараций. Запад активно препятствовал этому, понимая, на какие нужды немецкая сталь пойдет в Советском Союзе.

Взаимное недовольство между западными союзниками и Москвой в конце концов приобрело черты пропагандистской войны. Одной из основных ее тем стал якобы принудительный и не оговоренный предыдущими договоренностями демонтаж немецких предприятий и оборудования, производимый советскими властями. Такие факты действительно имели место, но демонтаж производился также и англичанами, и американцами.

Одновременно в западной пропаганде все активнее говорилось о неспособности советского руководства обеспечить приемлемые экономические условия для проживающего в его зоне немецкого населения и об отсутствии там свободы слова. Однако немало проблем в этой области возникало и у самих западных союзников.

Так, в сентябре 1946 г. в американской зоне издавалось 42 газеты тиражом в 5,5 млн экземпляров. Но эти газеты являлись свободными не в полной мере, поскольку подвергались военной цензуре, которая установила негласное запрещение на критику политики западных союзников в Германии.

В результате нараставшей конфронтации немцы советского сектора не могли познакомиться с западной периодикой, население западных секторов немецкой столицы было лишено возможности читать газеты советского сектора.

В 1946 г. в английской оккупационной зоне сложилось едва ли не катастрофическое положение с продовольственным обеспечением немецкого населения, что побудило Лондон публично заявить о своей неспособности самостоятельно решить эту задачу.

Но ни одна из сторон не собиралась уступать ни при каких обстоятельствах. В сложившейся обстановке политико-дипломатическое пространство для взаимных компромиссов в отношениях между СССР и Западом сокращалось с каждым днем.

Первыми в наступление перешли западные союзники.

6 сентября 1946 г. в Штутгарте государственный секретарь США Бирнс подтвердил объявленное накануне решение об экономическом объединении американской и английской зон оккупации и наметил основные направления этого курса, ближайшей целью которого являлась ликвидация четырехстороннего управления оккупированной территорией и создание сепаратного западногерманского государства. Подобное решение было продиктовано одним: возрождение экономически сильной Западной Германии и в Вашингтоне, и в Лондоне стало рассматриваться в качестве решающего фактора в западноевропейской системе безопасности в целом. Для Москвы это было абсолютно неприемлемо.

События развивались с устрашающей быстротой.

С 1 января 1947 г. в одностороннем порядке американская и английская оккупационные зоны в Германии сливались в одну общую единицу – «Бизонию», – которая объединяла весь Рур.

В марте 1947 г. президент США Г. Трумэн обнародовал названную его именем политическую доктрину, провозгласившую сферой национальных интересов США практически весь мир, а борьбу с «советским коммунизмом» – важнейшей приоритетной задачей.

Это заявление совпало по времени с проходившей в Москве (конец марта – апрель 1947 г.) конференцией четырех министров иностранных дел (США, СССР, Великобритания, Франция), призванной наконец решить будущую судьбу Германии. На самом деле конференция лишь продемонстрировала всю глубину и непреодолимость возникших противоречий по этому вопросу. Бывшие союзники расстались почти враждебно.

На опасения Сталина по поводу возможности быстрого возрождения германской угрозы с помощью западных стран особенно повлиял так называемый «план Маршалла». Он предусматривал восстановление и развитие Европы после Второй мировой войны на основе предоставления американской экономической помощи при соблюдении страной-получателем ряда благоприятных для Вашингтона условий. Советская разведка установила факт тайной договоренности между Вашингтоном и Лондоном о том, что в ходе реализации программы послевоенного восстановления Европы, и прежде всего Германии, будут прекращены репарационные платежи Советскому Союзу из текущей продукции западногерманских предприятий.

Уже в ноябре 1947 г. США начали вводить в действие целую систему ограничительных и запретительных мер в сферах финансов и международной торговли, что фактически ознаменовало начало полномасштабной экономической войны Запада против Москвы. Многие политические и военные деятели как в западных столицах, так и в Москве начали говорить о неизбежности военного столкновения Востока и Запада, прежде всего в Берлине.

Берлин, несмотря на то что был поставлен под четырехстороннее административное управление, находился в самом центре советской зоны. Экономический и политический разрыв страны на части, который становился с каждым днем все глубже, сказывался и на положении в городе.

Ситуация усугубилась тогда, когда западные оккупационные державы приняли решение распространить денежную реформу, проводившуюся в соответствующих оккупационных зонах, и на свои сектора в Берлине. С этого момента не только в Германии в целом, но и внутри самого Берлина в обращении стали циркулировать две различные денежные единицы, что создало серьезные сложности в работе советской администрации.

В конце февраля 1948 г. просоветские силы пришли к власти в Чехословакии. Тогда западные лидеры удвоили свои усилия по созданию Западной Германии и включению нового государства в европейскую систему восстановления. В ответ советские власти выступили с требованием о предоставлении им права осматривать составы военного назначения, идущие из западных зон Германии в Берлин. Среди берлинского населения стал быстро распространяться военный психоз. Большинство людей интересовались в тот момент лишь вопросом о том, у кого – у Советского Союза или западных держав – больше дивизий и самолетов и кто обладает более удобными базами для нападения.

Немалую роль в подспудно назревавшем кризисе сыграл и личностный фактор, прежде всего непримиримая антисоветская позиция американского генерала Клея, назначенного военным комендантом Западного Берлина. Сам генерал Клей производил впечатление добродушного, покладистого и довольного жизнью человека, ведущего пуританский образ жизни. Человек крепкого здоровья, он мог работать сутки напролет. Но при этом его очевидным недостатком было отсутствие сколько-нибудь значимого боевого опыта. В годы Второй мировой войны он пробыл на театре военных действий лишь несколько месяцев, время от времени совершая инспекционные поездки в Шербур. Об опыте боевого сотрудничества советских и американских войск он имел самое смутное, приблизительное представление. Направляясь в Германию, к месту своего нового назначения, Клей отнюдь не был настроен на какое-либо тесное взаимодействие с советскими властями. В результате с первых же шагов он сознательно пошел на обострение и без того сложных отношений между союзниками. Несмотря на возражения своих западных коллег в Союзной администрации, генерал Клей настоял на быстром восстановлении механизма самоуправления в Германии. Кроме того, он потребовал передать процесс денацификации страны под контроль самих немцев. Это привело к определенным осложнениям во взаимоотношениях Клея даже с британским главнокомандующим в Германии маршалом Королевского воздушного флота Ш. Дугласом, считавшим эти действия преждевременными.

В начале 1948 г. военные власти западных государств в Германии и западногерманское руководство приступили к обсуждению процедуры объединения западных зон и создания на их основе федеральной правительственной системы. У них не вызывало сомнений, что подобные действия вызовут возражения Советского Союза, который будет настаивать на сохранении в Германии четырехсторонней системы контроля, однако на возможную реакцию Москвы никто уже не обращал особого внимания.

По указанию из Вашингтона американцы первыми приступили к установке пограничных столбов между советской и американской зонами. Ответом на это стала раздраженная реакция Сталина в январе 1948 г.: «Запад из Западной Германии сделает свое, а мы из Восточной Германии – свое государство!» По замыслу советского руководителя, в том же году весь Берлин должен был стать «частью советской зоны оккупации». В воздухе действительно запахло войной.

Игнорируя реакцию Москвы, западные союзники на Лондонской конференции в феврале – марте 1948 г. подтвердили свою решимость создать самостоятельное западногерманское государство и интегрировать его в западный блок. Но на Западе не учитывали, что Сталин все еще оставался Сталиным, бескомпромиссным и решительным политиком, умевшим просчитывать ходы и идти на взвешенный риск.

Начало кризиса

В марте 1948 г. напряженность в отношениях между бывшими союзниками достигла своего пика после инцидента, происшедшего на заседании Союзной контрольной комиссии. В ходе ее работы глава советской делегации маршал В.Д. Соколовский покинул зал заседания, заявив, что действия западных держав в их зонах оккупации фактически парализовали деятельность комиссии.

Уход советской делегации был вызван атмосферой недоверия и подозрительности, сложившейся в Контрольном Совете. В частности, западные союзники обвиняли советское правительство в том, что оно предпринимает «слишком энергичные меры» для создания коммунистического правительства в восточной зоне. Запад заявлял также о наличии некоего «всеобъемлющего советского плана» в отношении Германии, разработанного «специальной комиссией», которой руководили крупнейшие политические деятели СССР. В состав комиссии якобы входили шесть высших немецких штабных офицеров и два влиятельных бывших члена организации «Стальной шлем».

Не оставалась в долгу и советская сторона, также подозревавшая западные державы в «нечистоплотной игре». Маршал Соколовский по требованию Москвы неоднократно настаивал на неприемлемом для западной стороны условии: предоставить советским властям право выдавать торговые лицензии для всей территории Берлина.

Даже незначительного повода в установившейся обстановке нетерпимости между бывшими союзниками было достаточно для разрыва отношений. Однако инициативный выход советской стороны из Контрольного Совета был явно поспешен. Его негативно восприняло и немецкое население советской зоны оккупации, и лаже политические союзники. Бюро информации СВАГ периодически фиксировало это в своих документах и обзорах. Так, член СЕПГ X. Шлегель, комментируя уход маршала Соколовского с заседания Контрольного Совета, заявил: «Соколовский показал, чего стоят заявления Советского Союза о своей воле к единству Германии и миру. Русские постоянно утверждают, что они правы, но на деле выходит, что их понятие права совершенно другое, чем у остального мира».

Еще более резкие заявления делали представители других политических партий, деятельность которых была разрешена СВАГ в соответствии с договоренностями в Ялте и Потсдаме. Помимо Коммунистической партии Германии, в советской зоне официально возобновили свою деятельность Социал-демократическая партия Германии (СДПГ), Христианско-демократический союз (ХДС). Либерально-демократическая партия (ЛДП) и Объединение свободных немецких профсоюзов. В апреле 1946 г. коммунисты и социал-демократы объединились в Социалистическую единую партию Германии (СЕПГ).

Большинство членов ХДС придерживалось мнения, высказанного одним из ее членов, неким Краузе: «Нельзя отрицать того факта, что Советский Союз сделал первый шаг по пути, который угрожает миру. Ввиду того, что Советский Союз так часто подчеркивает свое миролюбие, он должен был бы пойти на компромисс».

Нежелание сторон искать и даже обсуждать какие бы то ни было компромиссы в своих взаимоотношениях загоняло ситуацию в тупик. В этих условиях Москва приступила к подготовке своего «ответа» бывшим союзникам в наиболее уязвимом для них месте. Таким местом являлись коммуникационные линии, ведшие из западных зон оккупации Германии в Западный Берлин. Четко согласованных норм, регламентировавших систему коммуникаций между западными оккупационными зонами и соответствующими секторами Берлина, не было. По завершении войны для этой цели просто было выделено несколько шоссе и железных дорог, а также три «воздушных коридора».

На конференции представителей США, Великобритании, Франции, Бельгии, Нидерландов и Люксембурга по германской проблеме, которое прошло в Лондоне в феврале – марте 1948 г., было принято решение о создании самостоятельного западногерманского государства.

В ответ в Москве был разработан план «контрольно-ограничительных мероприятий на коммуникациях Берлина и советской зоны с западными зонами оккупации Германии». Он представлял собой программу давления на западных союзников путем введения транспортной («кроме ограничений по воздушному сообщению») блокады западных оккупационных секторов Берлина. Осуществление плана возлагалось на Главнокомандующего Группой советских оккупационных войск (ГСОВГ) и руководителя Советской военной администрации в Германии (СВАГ) Маршала Советского Союза В. Соколовского. (31 марта 1949 г. его сменил на этом посту генерал армии В. Чуйков.) Москва надеялась, что тем самым ей удастся сорвать или по крайней мере нейтрализовать планы западных держав по объединению и последующему экономическому восстановлению западных зон оккупированной Германии. Как минимум, блокада могла бы ослабить позиции западных держав в самом Берлине.

В начале марта 1948 г. Р. Мэрфи, политический советник генерала Клея, докладывал госсекретарю США Дж. Маршаллу, что с середины января атмосфера заседаний четырехсторонней союзной контрольной комиссии в Берлине стала заметно ухудшаться. Это в конечном счете привело к невозможности «достигнуть соглашения по самым обычным вопросам». По его словам, советская делегация стала цепляться «за любой вопрос повестки дня и за любое заявление других делегаций, каким бы простым, дружественным и невинным оно ни было, с тем чтобы развернуть пропагандистскую атаку на другие три делегации».

Читать так же:  Бесконтактные карты PayPass, payWave. PayPass и PayWave – технологии бесконтактных платежей Бесконтактная карта visa

25 марта 1948 г. В. Соколовский подписал приказ «Об усилении охраны и контроля на демаркационной линии советской зоны оккупации в Германии», в котором начальнику транспортного управления СВАГ предписывалось обеспечить сокращение до минимума движения пассажирских поездов и транспортов американских, английских и французских войск. Через два дня, в соответствии с его же приказом «Об усилении охраны и контроля на внешних границах Большого Берлина», были введены существенные ограничения на передвижение людей и транспортные перевозки через берлинские границы. 15 апреля американской стороне было предложено эвакуировать подразделения войск связи, расположенные в советской зоне оккупации в Веймаре. 31 марта советское правительство заявило, что деятельность «подрывных и террористических элементов» обусловливает необходимость принятия более жестких мер для регулирования движения между Берлином и западными зонами, и ввело целый ряд ограничений, резко сокративших объем движения транспортных средств в город. При этом движение военных эшелонов из западных зон оккупации вообще было прекращено.

Раздраженный действиями русских, американский военный комендант в Германии генерал Л. Клей направил в Берлин несколько эшелонов с вооруженной охраной и приказом не допускать никаких проверок и инспекций со стороны русских. Однако эшелоны уперлись в советские блок-посты, перекрывшие доступ в Берлин. Не дожидаясь санкции Вашингтона, Клей приказал доставлять необходимые грузы самолетами. Одновременно он перекрыл все виды поставок из западных зон в советскую. В последующем советские действия получили в западной литературе наименование «детской блокады».

Со стороны Москвы блокада стала своего рода зондажом готовности и решимости западных держав отстаивать свои интересы в Берлине. Через несколько недель все вернулось к статус-кво.

Однако и после отмены «детской блокады» Советский Союз продолжал оказывать давление на западные державы с целью заставить их отказаться от односторонних действий в западных зонах оккупации.

Информация о советском поведении трактовалась в Вашингтоне по-разному. Еще в середине декабря 1947 г. ЦРУ предупредило президента Трумэна о том, что Москва, по всей видимости, прибегнет «ко всем возможным средствам, за исключением войны», для того чтобы «выдавить» западные державы из Берлина. В свою очередь армейская разведка США в начале мая 1948 г. сообщила, что согласно одному из ее источников Москва намеревается выдворить западные державы из Берлина не позже августа. Для этого советская сторона готова предпринять любые действия, вплоть до развязывания войны, однако наиболее реальна полномасштабная блокада Берлина.

Практически ежедневно слали свои тревожные депеши в Вашингтон Клей и Мэрфи. Сразу же после введения так называемой «детской блокады», в начале апреля, Клей сообщил генералу О. Брэдли, начальнику штаба армии, и генералу К. Роялу, министру армии, что оценивает последние по времени советские действия лишь как начальную стадию запланированной кампании давления на западные державы.

Однако далеко не вся разведывательная информация, поступавшая в Вашингтон, была подобного содержания. Значительная ее часть демонстрировала непонимание сложившейся ситуации и в результате объясняла действия Советского Союза лишь желанием разыграть пропагандистскую карту или просто-напросто «подразнить» западные державы, проверить их решимость отстаивать свои обязательства по Берлину. Особенно характерен такой подход был для донесений американского посла в Москве Б. Смита.

В итоге в Вашингтоне возобладала точка зрения, согласно которой Советский Союз не готов к чрезмерно решительным действиям.

За две недели до введения Москвой полномасштабной блокады Берлина директор ЦРУ США Р. Хилленкветтер информировал президента Трумэна, что Кремль, по всей видимости, решил отложить любые контрдействия в Берлине или в каком-либо другом месте Германии «до тех пор, пока он не будет окончательно убежден, что создание Западной Германии станет угрожающим фактором для советской внешней политики». По его мнению, жесткая и твердая позиция западных держав по берлинскому вопросу в целом сама по себе является сдерживающим фактором при любых провокационных действиях Москвы. Последняя точка зрения нашла понимание у Трумэна, который однозначно считал, что любые советские уступки или колебания являются прямым следствием твердости США.

На самом деле все было значительно сложнее. Несмотря на декларируемую бескомпромиссность, Трумэн сознавал, что американское общественное мнение не настроено на крупный вооруженный конфликт с Советским Союзом по поводу Берлина. Это подтверждали его гражданские и военные советники.

Так, начальник штаба армии генерал О. Брэдли в разговоре с Клеем выразил мнение, что американский народ не разделяет стремления нести ответственность за Берлин в случае угрозы возникновения там войны. По его мнению, в создавшейся ситуации наиболее целесообразным было бы «наше собственное заявление об уходе и тем самым сохранение престижа, чем если бы пришлось уходить оттуда под давлением нависшей угрозы». Причина подобного заявления во многом обусловливалась скептицизмом американских военных в отношении возможности эффективной обороны Берлина в случае возникновения крупного военного конфликта.

Такую же точку зрения во многом разделяли и союзники США. В середине апреля американское посольство в Лондоне сообщило, что британские лидеры считают: уход западных держав из Берлина – это лишь вопрос времени. Одновременно они предложили в качестве будущей столицы Западной Германии выбрать город Франкфурт. В свою очередь и французы считали, что утрата Берлина не станет особой трагедией, и предостерегали своих союзников от слишком рискованных действий по берлинской проблеме.

Непоследовательность позиции и наличие многочисленных противоречивых мнений по берлинской проблеме привели к тому, что США так и не успели разработать четкий план действий на случай чрезвычайной обстановки в Берлине. Поэтому временное приостановление всех грузовых и пассажирских перевозок, введенное советскими властями 24 июня 1948 г. и означавшее не что иное, как начало полномасштабной блокады, вновь застало США врасплох. Это произошло даже несмотря на то, что уже 12 июня советская военная администрация под предлогом ремонта закрыла автомобильный мост через Эльбу.

Введением полномасштабной блокады Западного Берлина Советский Союз хотел если не помешать, то по крайней мере замедлить процесс появления на европейской карте возрожденного германского государства, которое неизбежно должно было встать под знамена Запада. При этом осуществление блокады, по мнению Москвы, не несло особого риска возникновения войны – сохранялась возможность в случае необходимости сделать обратный ход. Однако этот кризис, как любой другой, таил в себе возможность непредвиденных и опасных ситуаций.

С началом блокады соединения и части ВВС Группы советских оккупационных войск в Германии были приведены в состояние повышенной степени боевой готовности. Эта степень, естественно, не означала приказ открывать огонь по транспортам недавних союзников, но в ведущих столицах мира этого не знали: там царили напряженность и страх перед неизвестным будущим. Работала логика эскалации конфликта – уступки, компромиссы, отступление в этих условиях напрочь исключались обеими сторонами. Для американцев это означало бы полную компрометацию их новой европейской политики, являвшуюся для них важнейшим послевоенным приоритетом.

Генерал Клей и его политический советник Мэрфи настаивали на жестком противостоянии Москве, вплоть до применения военной силы. Фактически их позиция заключалась в решимости идти до конца, не останавливаясь даже перед угрозой развязывания третьей мировой войны между СССР и западными державами.

В Вашингтоне вновь развернулась острая дискуссия в отношении путей выхода из кризиса. Ряд политических и военных деятелей исходил в своих рекомендациях из военно-стратегической целесообразности пребывания в Берлине. Другие руководствовались преимущественно политическими соображениями. Первые опасались, что жесткое выполнение взятых на себя обязательств вынудит США развернуть значительный военный потенциал в Европе, что одновременно резко повысит риск развязывания войны на относительно малом и крайне уязвимом для обороняющихся участке территории. Эта позиция в обобщенном виде была выражена адмиралом У. Дихи, главой президентского аппарата, который записал в своем дневнике следующее: «Американская военная позиция в Берлине безнадежна вследствие явной недостаточности необходимой силы. Было бы предпочтительней для будущего США уйти из Берлина».

Подобную точку зрения разделяли многие высокопоставленные военные деятели в Вашингтоне, включая министра армии Роялла, так же как и некоторые советники генерала Клея. Сторонники другой точки зрения исходили из того, что США не могут оставить Берлин без непоправимой «потери лица» на международной арене. Наиболее ярыми адвокатами этой точки зрения были Клей и Мэрфи. Согласно мнению Мэрфи, подобный исход стал бы новым «Мюнхеном 1948 года». Оба были готовы, если потребуется, на решительный вооруженный прорыв советской блокады, не задумываясь о последствиях такого шага.

В первые же дни блокады Клей неоднократно призывал Вашингтон одобрить его намерения и довести их до сведения Кремля. К середине июля военный штаб Клея разработал подробный план по прорыву блокады военной силой, который включал не только проведение конвоя до места назначения, но и, в случае необходимости, бомбардировку советских аэродромов в Восточной Германии, а также нанесение ударов по советским войскам, задействованным в блокаде. Более того, серией приказов он попытался организацию и время проведения этого конвоя поставить под свой личный контроль. Дело могло принять драматический оборот.

Однако против этих намерений высказался ряд авторитетных американских политиков. Американский посол в Москве Б. Смит предупредил, что любая попытка осуществления вооруженного конвоя станет вызовом для престижа СССР с непредсказуемыми последствиями, и если на первых порах приведет к «небольшой перестрелке», то затем быстро может перерасти в крупный вооруженный конфликт.

В Вашингтоне многие военные деятели разделяли подобную точку зрения, поэтому в первую же неделю кризиса Клею запретили высказываться на тему о возможности возникновения войны из-за Берлина.

Однако по мере развития берлинского кризиса в Вашингтоне сложилось достаточно единое мнение, что уход из Берлина станет непоправимым ударом по престижу США.

В годы войны была достигнута принципиальная договоренность о том, что Германия должна стать миролюбивым, демократическим государством. Однако вопрос о том, как перейти к такому состоянию в условиях, когда территория Германии и ее столицы – Берлина была поделена на зоны оккупации США, Великобритании, Франции, СССР, так и не нашел решения. Каждая из сторон опасалась, что ресурсы, потенциал Германии окажутся под контролем оппонента в «холодной войне». Надежных, удовлетворяющих и СССР, и страны Запада гарантий, что при создании единой Германии выборы будут действительно свободными, а сама Германия останется в стороне от военных блоков, так и не было найдено. Так на территории Германии началось формирование двух германских государств. В 1948 г. на территории Западной Германии была проведена валютная реформа. В ответ на это СССР закрыл границу между зонами оккупации, чтобы избежать затопления Восточной Германии обесцененной валютой. Поскольку союзники провели реформу и в Западном Берлине, он тоже оказался блокированным, что привело к прекращению ввоза продовольствия в этот город, создало угрозу голода.

Руководство СССР предполагало решить возникшую проблему путем переговоров, надеясь, что в сложившейся ситуации страны Запада пойдут на уступки в германском вопросе. Однако США категорически исключили переговоры с позиции слабости. Блокада была прорвана с установлением воздушного моста с Западным Берлином, по которому в город поставлялись продукты питания. Командование войск США в Германии не исключало возникновения прямого военного конфликта, если СССР попытается помешать этим поставкам. 12 мая 1949 г. советским властям пришлось снять блокаду Берлина. Это было первое серьезно послевоенное время поражение Москвы.

Берлинский Кризис стал прологом к замораживанию вопроса о единой Германии более чем на четыре десятилетия. В 1949 г. были созданы два германских государства – Западная (ФРГ) и Восточная (ГДР), вошедшие впоследствии, соответственно, в НАТО и Организацию Варшавского договора, превратившиеся в основную арену противостояния войск США и СССР в Европе.

Война в Корее (1950-1953 гг.)

Второй конфликт, поставивший СССР и США на грань прямого столкновения, произошел в Азии. В 1949 г. гражданская война в Китае завершилась победой коммунистов, опиравшихся на поддержку Советского Союза. Между СССР и Китаем был подписан Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи. Остатки антикоммунистических сил под командованием Чан Кайши под прикрытием ВМС США эвакуировались на остров Тайвань.

Утрата США рынков материкового Китая, появление у СССР ядерного оружия стали причиной подъема волны антисоветизма и антикоммунизма в Вашингтоне. В США начались поиски затаившейся коммунистической агентуры, передавшей СССР ядерные секреты. Инициатором выступил сенатор Маккарти, хотя степень значимости информации, полученной СССР по разведывательным каналам, остается спорной. В оценке международной ситуации у правящих кругов США сложилось убеждение, что дальнейшее расширение социалистического лагеря приведет к катастрофическому изменению соотношения сил в мире в пользу СССР. В этих условиях коммунистический режим Северной Кореи предпринял попытку силой оружия объединить страну, на юге которой у власти находился диктаторский режим, ориентирующийся на союз с США.

Дипломатия США воспользовалась тем, что СССР бойкотировал работу ООН, протестуя против непризнания Западом законности правительства коммунистов в Китае. В отсутствии представителя СССР Совет Безопасности ООН признал Северную Корею агрессором. Это дало США и их союзникам правовое основание для посылки войск в Корею.

В начавшейся войне 1950-1953 гг. экспедиционные силы США и их союзников вступили в прямое столкновение с войсками Китая, пришедшими на помощь Северной Корее. В воздушных боях произошла борьба сил советской и американской авиации. Командование США всерьез рассматривало вопрос о применении ядерного оружия. В конечном итоге фронт стабилизировался.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *